asskorobogatov (asskorobogatov) wrote,
asskorobogatov
asskorobogatov

Что значит быть экономистом?



Когда в свое время я похвастался другу, что поступил в экономический вуз, его реакцией было — «а это где учат деньги считать?» Впоследствии знакомые, узнавая, что я экономист, задавали мне вопросы типа: во что вкладывать деньги? как формируется цена на авиабилеты? каков размер нашего стабфонда? какой сейчас курс доллара? или даже — где ближайшая сберкасса?

Таким образом, в глазах непосвященных экономист — это некто сведущий в сокровенных тайнах мира, либо тот, кто от безделья непрерывно следит за валютным курсом, либо же нечто среднее.

Действительно, для того, чтобы точно не ошибиться при вложении денег, нужно знать будущее. На динамику валютных и биржевых курсов влияет миллион факторов, многие из которых имеют случайный характер. Что со всем этим будет происходить в будущем обычный человек на знает. Но экономист знать обязан.

Как-то я услышал от приятеля такой вопрос — как связан фондовый и валютный рынок? Он предполагал, что эти и другие рынки связаны примерно так, как шестеренки двигателя, и экономист об этих связях узнал во время учебы в вузе точно так же, как учащийся ПТУ узнает об устройстве мотора. Для него было открытием, когда из моего ответа он узнал, что рынки устроены иначе, чем мотор или солнечная система. Здесь нет такого механического детерминизма. Все определяется тем, что думают люди. Если биржевые индексы падают, это важно для валютного рынка только постольку, поскольку влияет на то, как это оценивают покупатели и продавцы валют. Одни и те же события могут иметь разный эффект в зависимости от таких суждений. Если точнее, — в зависимости от того, что думают о том, что будет думать большинство об этом же самом большинстве.

В то же время экономист должен держать в голове много информации подобно справочной системе. Поэтому его можно спросить, как пройти до ближайшего отделения сбербанка. В этом он, кстати, похож на юриста, который знает все статьи, подстатьи и поправки всех кодексов по годам и регионам. Конечно, если центральный банк, министерство финансов или любое другое министерство принимают решение, влияющее на экономику, экономист первым будет в курсе и сможет сходу дать дельный совет фирме или домохозяйству о том, как в связи с этим нужно вести свои дела.

Однако за последние двадцать пять лет экономисты в стране чрезвычайно размножились и, соответственно, получили достаточно возможностей разочаровать публику в своих компетенциях. Оказалось, что экономист — это обыкновенный человек, который о валютных курсах или ставках кредитов узнает из интернета, как и люди без экономического образования; будущее для него покрыто таким же мраком, как и для остальных, поэтому он точно не знает, во что лучше вкладываться; если он реже смотрит телевизор, чем его собеседник, он будет меньше знать, сколько денег у нас сейчас осталось в стабфонде.

Возникает резонный вопрос, зачем вообще нужны экономисты. Самый распространенный ответ заключается в том, что они и не нужны. Если экономист попробует что-то посоветовать бизнесмену или чиновнику на основе своих специфические знаний, в лучшем случае он будет проигнорирован. Причина в том, что экономика, как и прочие общественные науки, — это такая сфера, в которой каждый, по его мнению, разбирается не хуже, чем человек, получивший в этой области образование. Бизнесмен уверен, что главное знать историю и детали его бизнеса, чтобы хорошо им управлять. Дальше еще полезно понимать общие закономерности, но для этого вполне достаточно здравого смысла. Этот взгляд распространен и среди выпускников экономических вузов. Помню, один мой старший товарищ по вузу высказал мнение, что все законы экономической теории известны обывателю, поскольку могут быть легко раскрыты с помощью обычной житейской интуиции.

Я разделял это мнение. Поэтому как раз тогда, когда я получал свой красный диплом экономического вуза, я был законченным нигилистом в отношении экономики. Мне понадобилось еще двадцать лет работы по профессии, чтобы ее оценить по достоинству.

Экономическая теория содержит немало принципов, которые неочевидны с точки зрения здравого смысла. Еще больше она содержит идей, которые интуитивно очевидны, но то, как эти идеи развиты, отличает экономическую науку от обыденного мышления. Наконец, экономика — это не только открытые закономерности, но еще и методы применения этих закономерностей. Если семье, фирме или чиновнику требуется принять какое-то решение или же оценить эффект уже принятого решения, экономист может быть так же незаменим, как врач для больного.

Таким образом, на вопрос, вынесенный в заголовок этой записи, я теперь отвечаю примерно так, как отвечал Йозеф Шумпетер семьдесят лет назад. Быть экономистом значит обладать знаниями и навыками, которые получают путем специального обучения. Эти знания непрерывно развиваются, поэтому тот, кто вооружен этими знаниями, способен на более глубокий анализ соответствующей предметной области, чем человек, этими знаниями не располагающий. Опять-таки, в этом экономика ничем не отличается от других наук. Физик, математик, политолог, психолог, литературовед, медик в своих суждениях, касающихся их специальностей, больше склонны опираться на проверенные и зачастую неочевидные для обывателя принципы, чем непосвященные в их дисциплины. Поэтому и их анализ обычно будет более глубоким и результативным.

Однако разные науки различаются своей результативностью. Или точнее, очевидностью своих результатов. Запустили ракету в космос — это очевидный результат применения законов физики. А где такие же результаты применения законов экономики? Об этом я собираюсь поговорить в следующих записях.

Tags: профессия экономиста, философия науки
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 1 comment