asskorobogatov (asskorobogatov) wrote,
asskorobogatov
asskorobogatov

Categories:

Наследие войны в моей семье



Традиционная пора вспомнить своих недавних предков-героев. "Деды воевали" – сейчас эту фразу произносят с долей иронии, но для меня с детства это было живой реальностью, а последствия я ощущаю на себе до сих пор и, вероятно, будут ощущать и мои дети и дети моих детей.

На заглавном фото мой дед – Илларион Изотович Скоробогатов. На этой, еще довоенной, фотографии он уже в военной форме. Я немного о нем знаю, но, судя по еще одному фото (ниже), он служил в армии еще за десять лет до войны (на карточке стоит дата 13 апреля 31-го года).



Поскольку дед имел какое-то отношение к армии задолго до войны, то и на передовой он оказался уже в июне. По статистике, из тех, кто начал воевать с первых дней войны, до победы дожили единицы. Моему деду "повезло" – в июле 41-го он был тяжело ранен и стал инвалидом. Будучи инвалидом войны, он смог произвести потомство, в том числе моего отца. Но инвалидность оказалась нешуточной и уже в 52-м году свела его в могилу, когда моему отцу не было и двух лет. Поэтому не только я, но и отец могли составлять представление о деде-фронтовике лишь по нескольким фотокарточкам, да по обрывочным сведениям, которые в свое время передавали старшие родственники.

О каких последствиях войны я говорю? Отец был восьмым ребенком в семье, и война оставила их без кормильца. Двое детей умерли. Остальные жили впроголодь. По воспоминаниям отца, еда запиралась на ключ в специальном шкафчике, и голодные братья и сестры восполняли недостаток пищи, выкапывая силос с грядок. (Это мне напоминает притчу о блудном сыне, который, оказавшись вдали от дома, был бы рад и корму для свиней.) Но еды в шкафчике и силоса с грядок было недостаточно, чтобы хоть как-то накормить детей. Поэтому моего отца мать отдала в интернат, где было лучше с кормежкой.

По всей видимости, интернат пошел отцу на пользу, и не только в том, что там лучше кормили. Там он смог реализовать свои способности к учебе, а интернат поощрил это, отправив его в лагерь "Орленок". Позднее он оказался в Ленинграде, окончил ЛГУ, позднее стал неплохо зарабатывать и, кроме того, имел много увлечений и широкий кругозор.

Судьбы его выживших братьев сложилась иначе. Они были старше отца, в интернат их мать уже не отправляла, и они добывали свой хлеб самостоятельно с подросткового возраста – один игрой на гармошке, другой гоп-стопом. Обоих уже давно нет в живых. Формально, из-за водки, но, не думаю, что, не будь беленькой, они бы здравствовали до сих пор. Перефразируя известную фразу из фильма – "не водка такая, жизнь такая".

Несмотря на незавидный конец своих братьев, мой отец полагал, что потереться в такой среде полезно, а мне раньше выговаривал, что к настоящей жизни я не готов, мол, потому что "не был ни в интернате, ни в армии, ни в тюрьме".

Я рад, что не проходил таких "школ жизни", но, благодаря войне и безотцовщине, многие люди поколением раньше ее проходили, сформировали определенные жизненные установки и передали их своим детям. И для меня очень большой вопрос, в какую сторону тянут эти установки жизнь отдельных людей и всего нашего отечества в целом.

Tags: Великая отечественная война, СССР, алкоголизм, социология семьи
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 1 comment